Георгиевская ленточка

воскресенье, 15 сентября 2013 г.

В выходные – для души и сердца

Осень по-японски
Дорогие друзья, читатели блога!
Я очень люблю осень и мне нравится японская культура. Я их решила совместить. И сегодня предлагаю вам в нашей постоянной рубрике «В выходные – для души и сердца» пост, посвященный осени. Он необычный, т. к. раскрывает нам неповторимую красоту осенней природы далёкой Японии, отражая своеобразие её культуры, традиций и обычаев. Итак, осень по-японски…
Времена года, их смена важная составляющая японской жизни и осенью вся страна замирает в предвкушении...  Жители Страны восходящего солнца умеют «ощущать времена года» со свойственными только им ассоциациями - образами, вкусами, ароматами, звуками. И у каждого сезона есть свое «мидокоро» — особенный объект, достойный внимания, символ момента и места, его главная достопримечательность.
Осень в Японии – едва ли не самое прекрасное время года, когда наконец после изнурительного летнего зноя наступают долгожданные дни прохлады и свежести, солнце мягко согревает, а пейзаж становится прозрачным и отчетливым, радуя глаз пестрым парадом ярких красок. Именно осенью стремительность и разнообразие годового действа достигают апогея. Нарастающие многоцветность и контрастность убранства в сочетании с переменчивостью погоды и чувством неизбежности увядания делают осень самым эффектным сезоном года.
Осенние пейзажи, покорившие сердца многих японских поэтов и живописцев, часто встречаются на средневековых свитках и росписях ширм и до сих пор остаются популярным декоративным мотивом. Листья вишни, радовавшей по весне мимолетным и нежным цветением, осенью приобретают приглушенную мраморную окраску, играющую не последнюю скрипку в многоголосье осеннего пейзажа. Золотые веера листьев гинкго — аристократическое и пышное украшение октября. Хороши осенние месяцы и цветением индийской сирени, лучистыми хризантемами, алыми кляксами цветов ликориса, ярко-оранжевыми гирляндами хурмы, колосьями мискантуса и, конечно же, багрянцем кленовых листьев момидзи.
Осень в Японии достаточно длительная. В центральной части страны (города Токио, Киото, Осака) в конце сентября столбики термометров наконец-то спадают с отметки 30 градусов и температура воздуха входит в наиболее комфортабельные рамки – 20-25 градусов. Причем подобная теплая осень продолжается до конца октября. С приходом осени в Японии преобладает уже другой фронт высокого давления, который приходит сюда с материка (Китай) и приносит с собой устойчивую ясную и сухую погоду с «высоким небом», в отличие от летнего «низкого». Не смотря на то, что днем температура иногда и переваливает за 25 градусов, вечерами и ночами становится прохладно и очень комфортно. И, конечно же, осень – сезон сбора урожаев. Японцы часто описывают осенний период пословицей, которая, если переводить дословно, звучит следующим образом: «Осень – высокое небо и жирные лошади». Прозрачный воздух действительно создает ощущение, что небеса уходят куда-то ввысь, ну а «жирные лошади» означают богатый урожай, – настолько богатый, что от избытка сена лошади действительно полнеют.
Осенью собирают урожаи риса, соевых бобов, сладкого картофеля, грибов, овощей и всевозможных фруктов (виноград, груша, хурма, каштан, яблоки, мандарины). Из морепродуктов наиболее вкусными осенними сортами рыб являются сайра, иваси, лосось, скумбрия. Так что в этот сезон грузными становятся не только лошади, но и наибольшая часть населения страны. Осень в Японии любят и именуют по всякому, – «Осень Аппетита», «Осень Чтения», «Осень Спорта», «Осень Искусств»… Новый учебный сезон начинается в сентябре и сопровождается самыми различными спортивными, культурными и музыкальными мероприятиями-фестивалями.
Вообще к смене времён года японцы относятся как истинные поэты. У каждого сезона здесь своя история: весной — сакура и «Золотая неделя», летом — ханаби, Танабата и О-бон, осенью — время красных клёнов и священной луны. Листаем календарь и учимся самому японскому из всех искусств — лирике повседневных вещей.
Японские клёны, которые по осени вспыхивают ярко-красным цветом — вечные конкуренты сакуры. Знаете ли вы, что в Японии уйма людей, которые ну просто терпеть не могут посиделки на брезенте под едва зацветающими деревьями и не понимают международной шумихи по этому поводу. Другое дело — момидзи, не столь избалованные вниманием публики. Осенью в Японии начинается сезон момидзи. Это очень важная японская традиция, такая же, как любование сакурой весной. Японское слово «момидзи» происходит от старого глагола, обозначающего изменение окраски осенней листвы. Оно имеет два значения. Им передается и вся палитра карнавала осенних красок, и собственно ее главный герой — японский клен. Слово «клен» по-японски звучит «каэдэ» и происходит от словосочетания «лапа лягушки». Застывшая в языке образность доносит восприятие древних японцев: и правда, изящные листья этих кленов напоминают отпечаток лягушачьей лапы.
Образ кленового листа считался добрым знаком, ведь лягушка - один из талисманов для путников. По-японски «лягушка» звучит так же, как глагол «возвращаться», обеспечивая магическую защиту путешественникам, которые, в конце концов, стремятся домой.  Примечателен и сам иероглиф, которым записывается слово «клен»: он состоит из двух частей, одна из которых обозначает дерево, а вторая — ветер, верного спутника осенней поры.
Как и цветение сакуры, кленовый багрянец мимолетен - холодные осенние дожди с ветром в одночасье обрывают буйство красок, и лишь отдельные листья еще какое-то время навевают мысли о бренности сущего. Образ кленов появляется в японской литературе с самого ее начала. Еще в поэтической антологии VIII века «Собрание мириад листьев» («Манъесю») клен упоминается более сотни раз. Нередко встречается он и в сравнении с сакурой в контексте спора о превосходстве сезонов — весны или осени. Сцены с красными кленами есть и в классическом средневековом японском романе «Повесть о блистательном Гэндзи» («Гэндзи-моногатари») пера придворной дамы Мурасаки Сикибу.
Любование осенними пейзажами (и даже отдельными листьями на ладони) в течение нескольких веков было красивой аристократической  традицией и поводом для сезонных событий, таких как песенные турниры и посещение мест с живописными пейзажами. Особенно ценились берега рек и прудов, где осенняя прохлада ощущается наиболее остро. 
Что может быть прекраснее отраженного в зеркальной водной глади огня кленовых листьев? Один из поэтов и блистательных аристократов эпохи Хэйан, придворный летописец Аривара Нарихира писал в IX веке: «Даже в век богов не верю, чтобы воды так отражали красный облик осени, как гладь реки Тацута». Впоследствии фантастическая красота осенних пейзажей реки Тацута стала настолько известна, что положила начало популярному осеннему орнаменту изображению кленовых листьев, уносимых водным потоком. Кленовые листья вместе с цветами хризантем, волнами, оленями и осенними травами повсеместно встречаются в украшениях интерьеров, традиционной одежде, сезонных открытках и на упаковке. Осенние блюда принято подавать в посуде с характерными узорами и даже украшенными настоящими листьями кленов. Некоторые производители выпускают осенние серии своих продуктов в упаковке с кленовым узором. «Кленовое пиво», в изготовлении которого символически используются листья клена, — одна из таких сезонных радостей для усталого офисного служащего.
Япония напоминает ботанический сад - здесь всегда что-то цветет. Зимой - припорошенная январским снегом камелия, в начале февраля распускаются нежные цветы сливы, на конец марта приходится буйное цветение сакуры, в апреле зацветают павловния и азалия, в мае - глициния, июнь знаменит соцветиями гортензии, июль - лотосами.
Следом приходит жаркая пора, сопровождаемая раскатистым треском цикад, вкусом ячменного чая и арбузов, пируэтами стрекоз над пожухшей под палящим зноем травой и, конечно же, знакомой каждому японцу с детства особой атмосферой летних мистерий и фейерверков. Знойные дни конца лета - начала осени все чаще прореживают налетающие с океана тайфуны, шквалистый ветер и обильные осадки, которые как будто предвещают скорое начало осенней поры. Затем - период спокойного осеннего умиротворения «аки-барэ», пожалуй, самое комфортное время японского года. В эти дни нежно пригревает осеннее солнце, а легкий ветерок дарит столь долгожданную после изнурительного летнего зноя свежесть. Приходит осень - путь от легкой прохлады до первых заморозков, от теплой мороси до промозглого дождливого холода и первого снега.
Осенний фронт медленно движется с севера на юг. В октябре листва вспыхивает на Хоккайдо, затем, перемахнув через Сангарский пролив, леса окрашиваются на острове Хонсю. Момидзи в Токио — это либо одинокие деревца у ступеней храмов, либо парковые аллеи, либо пластмассовые листочки на фонарных столбах и витринах магазинов. Поэтому ярких впечатлений стоит искать подальше от столицы.
Самая живописная осень в Киото. Здесь  открывается одна из самых живописных панорам для момидзи — на склонах Арасиямы. Посетить их можно после осмотра западных кварталов Киото. К сожалению, осенью здесь очень многолюдно, и бескрайний поток туристов может сильно испортить впечатление от элегической осенней природы. Если вы пройдете на север вдоль склона холма, туристов вокруг станет значительно меньше.
Киото - место, где созерцают вечность
МЕЧТЫ  О  КИОТО
В таких особенно известных своими осенними пейзажами местах, как остров Миядзима, города Никко и Миноо, популярны рисовые крекеры сэмбэй и сладкие булочки мандзю с бобовой начинкой, имеющие форму кленовых листьев. При приготовлении некоторых из них даже используются настоящие кленовые листья. Особенно известен своим кленовым лакомством городок Миноо. Находящийся в часе езды от Киото, он прославился на всю страну восхитительными горными видами с кленами на фоне отвесных скал и водопада, напоминающего соломенный плащ отшельника. Только здесь можно отведать момидзи-но тэмпура — кленовые листья в сладком кляре, по вкусу чем-то похожие на печенье «хворост». Изобретение десерта предание приписывает прославившемуся на всю Японию своими магическими способностями и чудесами горному аскету-отшельнику Эн-но Гёдзя.
Киото — город-легенда: здесь до сих пор живы японская история и древние традиции. В тихих переулках Гиона и сейчас можно встретить грациозных гейш и молоденьких майко, одетых в нарядные кимоно с осенними узорами.
Вся Япония в это время бредит Киото, и именно сюда надо ехать тем, кто хочет ощутить аристократическую изысканность и тонкую эстетику японской осени.
Сад-лестница, Киото
Неподалеку от Киото находится обойденная увы или к счастью — массовым туризмом древняя столица Нара. Осеннее очарование этого края незабываемо. Здесь гуляют ручные олени — потомки священного белого оленя, посланника божеств святилища Касуга-тайся. Олень — еще один часто встречающийся элемент осенней картины.
Осенний плач животных в горах древней Нары, воспетый в стихах уже упоминавшегося сборника «Собрание мириад листьев», известный образ печальной поры увядания природы. Потому не удивляйтесь, когда на сезонной открытке на ковре опавших кленовых листьев заметите рога оленя.
Неспешный темп жизни и невысокая застройка на фоне просторов окруженной холмами долины хорошо гармонируют с классической архитектурой храмовых комплексов, напоминающей о древности края. Тот, кто побывал в Наре осенью, захочет вернуться сюда, потому что только здесь можно по-настоящему почувствовать японскую душу и ее особое прекрасное и мимолетное кленовое настроение. 
Главное полнолуние года
Это возможно только в Японии. Тысячи людей собираются вместе, чтобы, начиная с заката, пристально наблюдать за поднимающейся луной. На 15-й день первого осеннего лунного месяца японцы отмечают «любование луной» — цукими. Лучшее место для этого — Киото, и в особенности храм Дайгакудзи. Над озером перед храмом поднимается неправдоподобно огромная луна, и смотреть на неё можно либо с моста, либо с маленького кораблика, который делает круг по озеру.
Приходить лучше засветло, потому что искать места у храма будут тысячи желающих. Всё это может показаться смешным — заставленная автобусами стоянка, детская история по зайца, который на луне в ступе толчёт лавровые листья… Но ещё Всеволод Овчинников в своей «Ветке сакуры» писал: «Полюбоваться самой красивой в году луной люди пришли как на народный праздник. Наслаждаться этой картиной из собственной уединённой беседки, может быть, и лучше. Но что плохого в том, что такую возможность хотели иметь для себя не единицы, а сотни и тысячи людей? Толпы людей, собравшихся полюбоваться луной, свидетельствовали, что чувство прекрасного глубоко пронизывает повседневную жизнь японцев».
Впрочем, и дома, в кругу семьи, о цукими не забывают. В этот день принято ужинать при лунном свете, благодарить богов за достаток и готовить «цукими-данго» — маленькие колобки из риса.
Осеннее меню по-японски
В сентябре открывается сезон охоты на фрукты —«кудамоно-гари». Частные фермы приглашают гостей. Это особенно актуально для Токио, где даже в августе 1 персик стоит 100 иен, а виноград в супермаркетах — 1000–2000 иен. Цена на фрукты не слишком меняется в течение года, и не стоит ждать распродаж, сродни русским — символические деньги за мешок яблок, только лишь бы не пропали.
Тем приятнее провести день на свежем воздухе, прямо с деревьев срывая спелые фрукты. Вход стоит от 1000 иен, дополнительные иен 500 потребуются для того, чтобы не только наесться фруктов, но и домой вернуться не с пустыми руками.
Будогари - охота на виноград
На что ещё по осени охотятся японцы? На очень дорогие грибы мацутакэ. Отведать их можно только осенью, да и то постараться надо: удовольствие недешёвое и редкое даже для токийских меню. Например, крохотная чашечка мисо-супа с одним-единственным грибом будет стоить 1500 иен.
Но бывает и бесплатная добыча. Осенью в Японии ловят сайру («самма»). По этому поводу каждый год в Мегуро и некоторых других районах проходит самма-мацури. На площадях возле станций метро на решётках жарят рыбу и раздают всем желающим. На первый взгляд, ничего интересного. До того момента, пока не посмотришь на карту и не увидишь, что Мегуро далековато от моря. Какой смысл ехать в такое место, если токийский рыбный рынок Цукидзи куда ближе?
Легенда гласит, что в эпоху Эдо сёгун возвращался домой и страшно проголодался по пути. Он остановился в Мегуро и приказал слуге купить что-нибудь поесть. Но в этом глухом районе тот нашёл только одного бедняка, который прямо в грязных углях жарил не первой свежести сайру. Но сёгун был так голоден, что рыба показалась ему пищей богов. С тех пор, отказываясь слушать благоразумных советчиков, он заказывал к столу сайру из Мегуро.
Самма-мацури в Мегуро
Прощание с уличным карнавалом
Если спросить у японцев, что интересного происходит на островах осенью, в ответ пожмут плечами и вспомнят только момидзи и цукими. Осень в Японии — тихое время года, а иначе и быть не может после летних фестивалей, грустного, но все же такого яркого праздника О-бон, после неугомонных цикад и августовских фейерверков. После шумного лета приходит тихая осень — время для того, чтобы подумать и вспомнить о вечном.
Есть такое японское выражение «Dokusyou no Aki». Осень — время для чтения. Так называется и один из крупнейших сайтов с книжными рецензиями и обзорами. Почему-то так сложилось на этом краю света, и по осени книжные магазины подсчитывают рекордные продажи. Тихая Япония непривычна туристу? А как же уличные праздники и пышные храмовые обряды?
Если посмотреть на календарь праздников-мацури, то кажется, что японцы жизни не представляют без уличных представлений с танцами, барабанами и якисобой. Но все осенние фестивали — иллюзия вернувшегося лета. Крупнейшие из них — Химацури, праздники огня. Они начинаются в августе, на О-бон и задерживаются до октября, в одном городе за другим зажигая огромные трёхметровые факелы, снопы искр над крышами храмов, связки бумажных фонарей. Химацури начинается с закатом, и на ближайшие три часа улицы освещаются только этим огнём. Зрелище из списка «запомнить на всю жизнь», как будто вернувшиеся из лета на один-единственный вечер ханаби и августовская жара.
Но заканчиваются Химацури, и до самой весны воцаряется настоящая тишина. За которой-то и начинается самая настоящая охота. Ради которой японцы готовы ехать на другой конец страны — только для того, чтобы с края озера посмотреть на восходящую луну. Готовы забираться на горы, чтобы на вершине голова кружилась от алых клёнов под ногами. Ведь это очень по-японски — не жалеть ни времени, ни сил на минуты, которые не повторяются.

2 комментария:

  1. И нам бы не помешало научиться у японцев видеть красоту в обыденном, лирику в повседневных вещах. Спасибо за интересный рассказ!

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. БібліоШЕЛЕСТ, рада, что Вам понравилось. Но нам за японцами в этом смысле не угнаться - ведь повседневные размышления - это у них "в крови", они впитывают эту науку с молоком матери, это часть их религии и веры. Они стараются жить в гармонии с самим собой и миром, так сказать, достигая внутреннего равновесия и совершенства. Но стремиться к этому надо - насколько интересным и неординарным покажется тогда наш мир!
      Спасибо, что заглянули в гости, всегда рада вас видеть!

      Удалить

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...